Маски — цитаты и афоризмы (250 цитат)

Во многих случаях, которые происходят за жизнь любого человека, мы не хотим раскрывать всех своих чувств и эмоций. Именно поэтому появилось такое выражение, как «человек, носящий маску». Это тот, кто может лживо оценивать различные действия, не показывать своих искренних чувств или же попросту боится их раскрыть из-за критики со стороны других людей рядом. Маски — цитаты и афоризмы представлены в данной подборке.

На этой станции все не такие, какими кажутся.

На этой станции все не такие, какими кажутся.


Мы все создаем свое собственное внешнее «я» для предъявления миру, и некоторые постепенно привыкают к мысли, что они такие и есть.

Мы все создаем свое собственное внешнее «я» для предъявления миру, и некоторые постепенно привыкают к мысли, что они такие и есть.


Как бы мне хотелось быть кем-то другим, тем, за кого она меня принимает. Тем, кому не насрать.

Как бы мне хотелось быть кем-то другим, тем, за кого она меня принимает. Тем, кому не насрать.


... Лица стёрты, краски тусклы, То ли люди, то ли куклы...

… Лица стёрты, краски тусклы, То ли люди, то ли куклы…


Ибо Добро редко носит маску, но Зло всегда скрывает своё истинное лицо…

Ибо Добро редко носит маску, но Зло всегда скрывает своё истинное лицо…


Притворяясь весёлой, с этой фальшивой улыбкой на лице, которую я надела на себя, как маску, я села на пол.

Притворяясь весёлой, с этой фальшивой улыбкой на лице, которую я надела на себя, как маску, я села на пол.


МАСКА – лицо одного выражения.

МАСКА – лицо одного выражения.


Моя улыбка — это всего лишь маска. Моё лицо обезображено гримасой. А если заглянуть мне в душу, то я плачу. Может, поплачем вместе?

Моя улыбка — это всего лишь маска. Моё лицо обезображено гримасой. А если заглянуть мне в душу, то я плачу. Может, поплачем вместе?


Драконы, играющие в Драконов, — самые опасные.

Драконы, играющие в Драконов, — самые опасные.


Тебе приходится скрывать правду ото всех... И хоть в этом зеркале и видно твое отражение, оно не показывает настоящего тебя.

Тебе приходится скрывать правду ото всех… И хоть в этом зеркале и видно твое отражение, оно не показывает настоящего тебя.


И задницы носят маски. По понятным причинам.


Маска дает возможность стать на время кем-то другим. Стирает границы и позволяет посмотреть друг на друга с иной стороны. В маске человек становится смелее и, кто знает, быть может, с ней вы решитесь на то, что без маски никогда бы себе не позволили.


— Что… Так я и думала! Ты носишь маску! — Отстань… оставь меня в покое! — Давай-ка ее снимем! *еще одна маска* — А у тебя вообще есть настоящее лицо? — Она разломала свою индивидуальность на такое количество кусочков, что перестала быть личностью. Теперь она просто слои бесполезных масок. — Пустышка.


Застенчивый человек неизбежно одинок, отрезан от дружбы и общения. Его душа полна любви и тоски, но мир об этом не знает. Железная маска застенчивости намертво приросла к его лицу, и под ней не видно человека.


Не стоит заглядывать под чужие маски. Потому что иногда ты можешь увидеть то, чего совсем не ждешь. Сломанную напрочь психику. Вдребезги искалеченную душу. И больные, страшно больные глаза.


Ну, хватит откровенности и предсмертных исповедей. Если уж ты всю жизнь носила маску, придется и умереть в маске. Эта, по крайней мере, тебе к лицу… и ты носила ее не без изящества.


Как странно, что за улыбающейся болтающей маской скрывается мозг, воссоздающий в мельчайших деталях мизансцены и разговоры, превращая это в пытку, и ты, укрывшись за маской, можешь плакать, можешь кричать от боли.


У всех есть маски и собственные лица. Особенно у знаменитостей и персонала гостиниц. Не всегда тот, кем вы восхищаетесь, достоин вашего уважения. Не судите по внешности. Под эффектным видом может скрываться разочарование в лучших чувствах. А тот симпатяга с приветливой улыбкой не такой уж и милый. В то же время ненавистная звезда с первых страниц газет оказывается не такой уж и плохой. Но обычно первое впечатление вас не обманывает. Многие люди весьма посредственны. А тот хороший парень с большим сердцем оказывается действительно таким добрым.


Однако время маску надевать. Ну, вот и всё, и на лице личина. Теперь пусть мне что знают говорят: я ряженый, пусть маска и краснеет.


Пытаюсь найти отражение в зеркале, но там чей-то оскал. Злобная мерзкая маска, чтоб никто не узнал…


Тюрьма срывает маску с человека. В тюрьме ты не можешь скрыть свою сущность. Ты не можешь притвориться «крутым». Ты либо являешься таковым, либо нет, и это видно всем.


Мы упражняемся в умении быть кем-то другим — только ради того, чтобы быть хорошим в глазах мамочки и папочки, учителя и священника. Мы тренируемся, упорно тренируемся и в конце концов в совершенстве овладеваем умением быть не такими, какие мы есть. Впоследствии мы вообще забываем, какие мы настоящие. Наша жизнь целиком опирается на придуманные образы. Мы ведь создаем не один-единственный образ, а множество. Каждый из них предназначен для определенного круга общения. Сначала у нас есть образ для дома и образ для школы, но, подрастая, мы придумываем всё новые и новые образы.


Существует искусство продавать легенды и искусство жить легендой.


Мы все носим маски, и приходит время, когда мы не можем снять их, не затронув собственной кожи.


Меня хватают, вовлекают в пляску. Так-так, мое обычное лицо Все остальные приняли за маску.


По сути каждый тут хочет одно, но плавно уходит на дно, Не те выбрав роли, играем в масках немое кино.


Если бы я сказал тебе, что люблю тебя, Ты бы подумала, что что-то не так. Я не многолик, Я прячусь только под одной маской. А те, кто вечно говорят — не знают ничего, И понимают горькую правду: Они, как и те, кто слишком много клянёт свою судьбу, И как те, кто испытывает страх, безнадежно потеряны.


Девочка не готова стать никем, девочка готова стать кем-то другим.


Я не нуждаюсь в масках. Поднимайтесь, если вам не плевать на все. Это подходящий момент, Хватит искать чего-то, Оснований достаточно. Если вам угодно, то знайте – Я всего лишь человек.


У людей много масок, у кого-то больше, у кого-то всего тройка постоянных. Маски, но не сущность, и только поистине напряжённая ситуация позволяет действительно узнать человека, не обманываясь его повседневной маской.


Само государство — некая огромная маска, и оно противится тому, чтобы внутри него существовало множество отдельных масок.


Улыбайся, пусть даже сердце твоё раскалывается. Все мы, как рабы в поле, надеваем маску «всё в порядке, босс», а сами не знаем, как свести концы с концами.


Хорошо быть шутом, Настоящим при том, Без забот, без угла, без гроша. Всемогущий король — Очень важная роль, Но не так уж она хороша.


Маска приобретает власть над человеком.


Послушай, понимаешь, ты превратился В свой собственный персонаж, Это всё равно как участвовать в маскараде И никогда не снимать маску, Даже когда возвращаешься домой.


Близость раскрывает тайны чужих душ. Кто знает мои — ответь, прошу. Глушит городской шум, я задыхаюсь, Лечу, слабость, укутываясь в парус. Они не знают меня, я научился скрывать Себя от глаз открытых.


Пора начинать притворяться. Завесить тафтой зеркала От искажений простраций. И врать на вопрос «Как дела?» Что мне на душе спокойно, А тело дрожит от любви. Что платят весьма достойно. Что дни веселы мои. Что кофе пью только черный И темный люблю шоколад. Что больше не беспокоит, Что было пол года назад. Пора начинать притворяться… Мне маски теперь как броня. Хранят, что еще осталось От прежней живой меня. И если он снова спросит, Я лишь улыбнусь в ответ. Кто любит – вовек не бросит. И здесь исключений нет.


В качестве маски чаще всего применяется улыбка, являющаяся противоположностью всех отрицательных эмоций: страха, гнева огорчения, возмущения и т. д. Улыбку предпочитают еще и потому, что благодаря счастливому выражению лица и обмануть гораздо проще.


Надеюсь я — под масками зверей У многих человеческие лица.


Не секрет, что все мы не те, кем являемся. То есть — перед зеркалом в ванной и в пустой квартире — мы те, кто есть, но стоит появится ещё кому-то — и все, мы становимся другими. Мы немедленно натягиваем на себя ту маску, которая появилась у нас ещё в детстве, в тот момент, когда каждый из нас осознал себя частью социума и решил для себя вопрос — как в нём существовать. «Клоун», «Циник», «Весельчак», «Сердцеед», «Модница», «Простушка», «Лидер» — каждый выбрал что-то по себе, то, что ему казалось наиболее приемлемым. И эти маски с годами приросли к нашим лицам, стали частью нашей сущности, а у кого-то и заменили собой природное, врожденное «я». Они удобны, они позволяют защитить душу от уколов совести и жалости, они дают возможность жить так, как тебе хочется.


— Кузен Робер, вы столько повидали, не то что мы, жалкие провинциалы, – Ивонн улыбнулась и тут же утратила половину очарования. Улыбка не была живой, она крепилась к лицу, как брошка к платью. Слова тоже были сшиты в глупые затасканные фразы. Вот оно, хорошее воспитание – убить себя и напялить на труп маску, похожую на сотни других.


Твой громкий смех мгновенно иссушает слезы, скрываемые за маской жизни.


Присвоивши себе ту или иную маску, человек со временем так привыкает к ней, что и вправду становится тем, чем сначала хотел казаться.


За маской спокойствия скрывался человек, чью душу разрывали на части его собственные демоны.


Я действительно зашёл не вовремя. Она не успела надеть нужное выражение на лицо.


Когда вы надеваете клоунский костюм и резиновый нос, никто понятия не имеет, что под ним.


У одних маска скрывает лицо, а у других под лицом скрывается маска.


У каждого человека есть маска, за которой он прячется.


Мы очень часто существуем в своих совершенных иллюзиях, забываем о том, кто мы есть на самом деле, играя роли неизвестных нам людей. Но наступает момент пробуждения, который срывает с нас бесконечные маски и оголяет реальность, к которой мы были совсем не готовы. Может быть, стоило проснуться раньше?


— Зачем тебе эта маска? — Она меня защищает от воздействия вредных людей и веществ.


Серые глаза лорда нынче смотрели угрюмо, он казался непохожим на того мужчину, который вечерами возле огня негромко рассказывал о Веке Героев и Детях Леса. Бран подумал: он снял с себя личину отца и надел маску, подобающую лорду Старку, владетелю Винтерфелла.


На маскараде самых страшных масок Я диким, дерзким и свирепым был, Рыдая, говорю без лишних красок, Я главный приз, без маски, получил.


Внезапно Пауль почувствовал неприязнь к этим пустым разговорам, к этим лицам — дешёвым маскам, прикрывающим нарывающие, сочащиеся гноем мысли, к голосам, пытающимся спрятать за болтовней оглушительное молчание пустых душ.


Мир — это один большой маскарад. Одежда, голос, жесты, имидж, повадки, даже прическа – все подделка. Каждый из человечков за этим окном пытается слепить из себя кого-то другого, кем он не является на самом деле. Все врут самим себе. Все носят маски. Но у одних под этими масками нет ничего. Пустота, пшик. А у других – такое, что ты понимаешь: на самом деле это была не маска, а намордник. Понимаешь, к чему я веду? Только сорвав маску, ты узнаешь, кто перед тобой – волк или овца.


Все люди закрывают окно души маской из плоти и прячут обитающие под ней пиявки.


— Мой приятель, Грегори, хочет, чтобы ты пошла с ним на вечеринку на Хэллоуин. — Вот как. — Сам я никогда не хожу на эти вечеринки. Друзья надевают маскарадные костюмы, чтобы никто не узнал, кто они есть на самом деле. — Печально, но вполне объяснимо. — У меня тоже есть костюм. Дома. Но он раскрывает, кем я являюсь на самом деле, а этого не знает никто.


Мы день за днем играем роль за ролью И примеряем маски по одной: Мы можем стать Надеждой и Любовью, Шутом, Рассказчиком, а может и Судьбой. Играем в спорт, в политику и в бизнес, Жонглируем здоровьем и семьей. И не понять порою, где же в жизни Тот чудный миг, где можно быть собой.


Смахните лживый образ, довольно этих масок. Не слышали мы возглас, что доносился сразу. Тех, кто всегда был светом, не замечали лица, Лишь осознали это, пришла пора проститься.


Любя, он маски не выносит, И покупного ничего В замену счастия не просит. Его пороки — наши, наши! Он с нами пьет из общей чаши, Как мы отравлен — и велик.


Люди часто сочетаются браком с чьей-то маской или достатком, а не с человеком, который за ними скрыт. Маска изнашивается, деньги обесцениваются, остается голая правда.


В жизни самое главное — искренность. Научитесь изображать ее, и успех обеспечен.


Если бы вы знали… если бы кто-нибудь знал… как трудно мне бывает иногда скрывать боль сердца под маской спокойствия!


В этом мире есть только одно счастье — и это счастье быть собой. И поскольку никто не может быть собой, все пытаются так или иначе скрыться — за масками, притворством, лицемерием. Все стыдятся того, кто они такие. Вас научили всему, кроме того, чтобы быть собой. Та самая уродливая из всех возможных форма общества, потому что она делает каждого несчастным. Быть не теми, кто вы есть на самом деле, быть не с теми, с кем хотите, делать не то, что хотите, — все эти вещи лежат в основе всего вашего страдания.


— Моя фамилия — Шерлок Холмс. А вас как зовут? — Щенок! — Приятно было познакомиться. Да, не забудьте снять маску, у вас под ней клыки!


До сих пор, господа, вы меня не знали. Объясняться теперь и здесь будет не совсем-то кстати. Скажу вам только кое-что мимоходом и вскользь. Есть люди, господа, которые не любят окольных путей и маскируются только для маскарада. Есть люди, которые не видят прямого человеческого назначения в ловком уменье лощить паркет сапогами. Есть и такие люди, господа, которые не будут говорить, что счастливы и живут вполне, когда, например, на них хорошо сидят панталоны. Есть, наконец, люди, которые не любят скакать и вертеться попустому, заигрывать и подлизываться, а главное, господа, совать туда свой нос, где его вовсе не спрашивают…


Люди слабы. И ради выживания на своё настоящее обличье надевают маску.


как одна смс делается эпиграфом долгих лет унижения; как от злости челюсти стискиваются так, словно ты алмазы в мелкую пыль дробишь ими почему мы всегда чудовищно переигрываем, когда нужно казаться всем остальным счастливыми, разлюбившими


Вот моя маска — она точно такая же, как ваша. Мы не можем знать, как она выглядит, пока носим их.


— Хорошо, мне страшно. Это сумасшествие? — Опыт показывает, что пока на лице маска, о таком не спрашивают.


Дайте человеку маску, и он скажет правду.


Если всю жизнь следить за тем, что подумают о тебе другие, можно ли забыть, кто ты на самом деле? А если лицо, которое ты показываешь миру, превратилось в маску… под которой ничего не останется?


На первой ступени эшафота смерть срывает маску, которую человек носил всю жизнь, и тогда показывается его истинное лицо.


Театр – царство кривых зеркал. В нем тысячи масок и ни одного настоящего лица.


Вообще выражение лица его менялось мгновенно, внезапно до странности, как будто снимались и надевались маски. «Множество масок, но нет лица», — сказал о нём кто-то.


Люди потому боятся взрослеть, что не хотят расставаться с маской, к которой они привыкли, и примерять другую.


Не срывайте с людей маски, выполняющие роль намордника.


— Я хотя бы не прячу себя под маской. — Нет… Ты прячешься у всех на виду…


— Вы не будете любезны снять маску? — Какую маску? — Под которой у вас спрятаны клыки.


Люди прячут свои истинные лица под масками порядочности. Если снимешь эту маску с человека, он может оказаться тем, кого ты не хочешь видеть.


Люди не просто так носят маски! Они прячут свою сущность.


Тот, кто носит маску не видит, что находится внутри него самого.


Не надо смотреть ни на людей, ни на вещи. Надо смотреть только в зеркала. Потому что зеркала отражают одни лишь маски…


Не обольщайся его улыбкой. Улыбка, расшаркивание, поддакивание… Все это часть стратегии. Чем фальшивее человек, тем непрогляднее его маска.


— Вот что я заметил, — изрек он. — В наше время каждый обвиняет всех остальных в наигранности действий. Понимаете, о чем я? Ну, что все какие-то неискренние, ненастоящие. Никто не доверяет даже собственному, для себя созданному образу. У меня ощущение, что люди вокруг ненастоящие. Словно было в них что-то нутряное, ценное, а они взяли и выбросили это ядро прочь, заменив его какой-то красивой пустышкой.


У зла много масок, будь осторожен.


Много говорить о себе – тоже способ себя скрывать.


Если бы я показывал своё беспокойство, меня бы отовсюду выгоняли… Но они всё равно знали, что я думаю, и это их бесило. Теперь я понял. Нельзя отказываться, когда для меня что-то делают. И любую еду надо принимать с благодарностью.


У некоторых лицо – это маска, у некоторых лицо без маски, и оно покрыто шрамами.


Если носить маску долго — она срастается с лицом.


— У тебя нет маски, и ты такая серая. Но ты лучше, чем ничего! — Здесь все носят маски? — Конечно! Как же без маски узнать, что ты счастлива, или грустишь, или злишься, или хочешь десерт. — У меня есть лицо.


— Люди не должны знать свой облик, это жестоко в большинстве случаев.


Я не человек. Откровение. Оно освободило меня. И убило меня. Я не человек. Алекс — всего лишь маска. Часть меня почувствовала облегчение. Часть умерла. Ещё одна маска, верно? Такая привычная, такая реальная, что я и сам в неё верю.


Так много лжи, Замаскированной под истину… Смотри, не ошибись, Я знаю, они все такие фальшивые, очень фальшивые…


Глупо утверждать, что мне проще жить только потому, что моя маска лучше твоей. — Он приблизил свое лицо к моему и перешел на шепот. — Так сложнее…


— Скалли, если бы ты могла превратиться в кого-то на один день, кем бы ты была? — Собой. — Какая ты скучная. Даже не попробовала бы стать кем-то на один день? — Выглядеть как кто-то другой, Малдер, и быть им — это разные вещи. — Может и нет. Все вокруг обращались бы с тобой как с тем человеком; может, отношение других и делает нас теми, кто мы есть?


Не пытайся казаться лучше, чем ты есть. Не старайся казаться хуже, чем ты есть. Ведь тех, кто кажется, вовсе не существует.


Лучший способ скрыть сильные эмоции — это маска.


У меня чем хуже, тем больше улыбаюсь. Защитка такая.


Опомнись! Срывая маску, ты только сдерешь у него кожу с лица.


Как можно снять маску, когда она уже не маска, когда она такая же часть меня, как и я сам?


Изменить наружность человека лучше, чем убить его. Сделать навсегда маской собственное лицо человека — что может быть остроумней этого?


— Теперь ты знаешь о моей темной стороне. — Скорее темном подтоне. Если есть в человеке что-то отрицательное, то оно всегда с ним. Просто под светлой маской доброты, но всегда начеку.


Мы все носим маски, каждый из нас, каждый день — и иногда мы носим их так долго, что забываем кто мы на самом деле. И иногда, если нам повезёт, кто-то приходит и показывает нам кем мы на самом деле хотим быть, кем мы должны быть.


Все мы выдаем себя не за тех, кем являемся на деле. Мы стараемся быть значительнее, остроумнее перед женщиной, если она нам нравится. Мы стараемся быть умнее перед мужчинами, добрее перед стариками, благоразумнее перед начальниками. Мы играем разные роли, иногда по десяти раз на дню.


Люди носили маски на своих лицах, а я надел маску на мир.


Мы так привыкаем маскироваться перед окружающими, что в конце концов начинаем маскироваться перед самими собой.


Никакие отношения не могут действительно расти, если вы не даете себе воли. Если вы продолжаете хитрить, ограждать себя и защищаться, встречаются только личности, а существенные центры остаются в одиночестве. Тогда общается только маска, не ты. Когда происходит такая вещь, в отношениях находятся четыре человека, не два. Две ложные личности продолжают встречаться, и два настоящих человека остаются отдельными мирами. Лучше расстаться и быть настоящими, чем оставаться ненастоящими вместе, потому что это никогда не принесет удовлетворения. Это никогда не создаст благословения. Ты останешься голодным и жаждущим и будешь продолжать тащиться по жизни, просто надеясь на чудо.


Скажи мне, какую маску ты носишь, и я скажу, какое у тебя лицо.


В конце концов, все мы в какой-то степени пользуемся масками, когда общаемся с другими.


– Неужели вы думаете, – воскликнул я, – что эта глупенькая девушка имеет отношение к убийству? – Нет ничего проще, чем представиться дурочкой. Легче легкого.


Лжи не место в горах. Маски обмана вдребезги разбиваются об их каменный характер.


Никто не хочет быть самим собой, все ведут себя как полные идиоты.


В детстве обижаемся, кричим, отворачиваемся, восторгаемся. Все что угодно, кроме игры. Естественность с ограниченным сроком пользования. Надевать маску — это не значит проявлять неискренность. Маски стали требованием времени…


… тут дресскод — это наличие масок, А фейсконтроль проверит, чтоб под ними не было лица.


Есть те, кто достаточно храбр, чтобы снять маску, есть те, кто не может без нее жить. А есть те, кто не знает о ее существовании, пока ее не сорвут. Давайте признаем, нет ничего удобнее маски — никто не знает, что ты чувствуешь. Минус маски в том, что чем дольше ты за ней прячешься, тем страшнее вспоминать, кто ты на самом деле.


Но разве это не естественно? Говорить разное в зависимости от собеседника. Приспосабливаться к ситуации. Если бы мы этого не делали, не существовало бы ни стран, ни национальностей, ни социума. Все лгут в зависимости от обстоятельств. Каждый носит разныe лица перед своей семьей, друзьями и окружением. Но кто сказал, что это неправильно? Что есть «истинное» лицо?


По моему опыту, дурацкие шуточки в устах того, кто не настолько глуп, часто являются не более чем маскировкой чего-то намного, намного худшего.


Не скрывай свои страхи под маской высокомерия.


Психологически я страдал оттого, что маска не составляет со мной единого целого, но физически мне было неприятно слишком тесное соприкосновение с ней.


С каждым новым платьем ты надеваешь на себя и новую маску.


Коварному совратителю с низкими целями под маской дружеского участия не удалось бы навязать ей хотя бы несколько центов.


Человек чувствует себя неуютно, когда говорит о себе. Дайте ему маску, и он расскажет вам всю правду. (Человек меньше всего похож на себя, когда говорит от своего имени. Но дайте ему маску, и он расскажет всю правду.)


Глубина дала вам миллионы зеркал, дайвер. Волшебных зеркал. Можно увидеть себя. Можно глянуть на мир — на любой его уголок. Можно нарисовать свой мир — и он оживёт, отразившись в зеркале. Это чудесный подарок. Но зеркала слишком послушны, дайвер. Послушны и лживы. Надетая маска становится лицом. Порок превращается в изысканность, снобизм — в элитарность, злоба — в откровенность. Путешествие в мир зеркал — не простая прогулка. Очень легко заблудиться.


Ловушки зеркал я сумела избежать, но взгляды — кто может устоять перед этой головокружительной бездной? Я одеваюсь в черное, говорю мало, не пишу, все это создает мой облик, который видят другие. Легко сказать: я — никто, я — это я. И все-таки кто я? Где меня встретить? Следовало бы очутиться по другую сторону всех дверей, но, если постучу именно я, мне не ответят. Внезапно я почувствовала, что лицо мое горит, мне хотелось содрать его, словно маску.


Условности и стереотипы так осложняют нашу жизнь, что, иногда лишь надев маску, можно быть самим собой.


Снова одетый в маску неприступности, за которой скрывалось одиночество.


Она хитрей змеи, хотя скромней голубки, Чиста как херувим, как сатана лукава…


Перестать стараться быть тем, кем не являешься, — большое облегчение.


Старательно играя на публику, дома многие сбрасывают маски, как верхнюю одежду, показывая свою истинную сущность.


Мы примеряем маски на себя, меняем без конца. Это игра, сказка наяву, и она нам очень нравится. Но всё-таки подумай, может, станет страшно вечно для тебя, Что однажды, сняв маску, ты не увидишь своего лица.


Ошибка, которую допускало девяносто девять процентов человечества, заключалась, с точки зрения Пупса, в том, что люди стыдились быть собой и лгали, выдавая себя за других.


Долгой, долгою дорогой Шёл, не боясь ни черта, ни Бога, Шёл, под маской скрыв тревогу…


Вокруг тебя слишком много актеров — они все ненастоящие. Просто кто-то играет лучше, кто-то хуже. Кто-то может скрывать свое одиночество, кто-то наготу или преступление, но абсолютно все прячут лица за масками.


Господа, Маски сброшены, Карты разложены, Получаем кому что положено.


Маска нужна каждому, а преднамеренными самозванцами являются только те, кто строит из себя человека, которому нечего скрывать.


Говорят, если хочешь чего-то достичь в жизни, стоит вспомнить свои детские мечты и прислушаться к ним. Ведь именно тогда, в детстве, мы ещё можем позволить себе быть настоящими, жить Настоящим. Потом мы начинаем надевать на себя маски, одну за другой, и примерно годам к тридцати вся эта многослойная конструкция превращается в прочное решетчатое забрало. Создается иллюзия, будто бы оно защищает нас от опасностей мира и что никакие злые стрелы теперь не повредят улыбке, хорошо запрятанной под разноцветными слоями. Но на самом деле это забрало прирастает к лицу, и снять его становится почти невозможно. Остается ли что-то настоящее там, за огромным количеством масок? Это не всегда можно понять. Мы начинаем жить кто Прошлым, кто Будущим: кто-то бесконечно вязнет в сожалениях о прожитых днях, кто-то стремится к недостижимым целям, и наше здесь-и-сейчас совершенно теряется из виду. Да к тому же иллюзия защиты, намертво приросшая к лицу с потерявшими блеск глазами, еще и резко сужает область обзора, мешает смотреть по сторонам в поисках счастья. А счастье, быть может, уже тут — совсем рядом, стоит только руку протянуть. Но есть пространство, где мы всегда можем вплотную приблизиться к нашим мечтам — это пространство наших сновидений. Там живут самые сокровенные желания, о которых, проснувшись, мы можем даже не догадываться. Сновидения стучатся нам в душу, словно говорят: «Хей! Услышь нас! Мы хотим кое-что сообщить тебе!». Именно в этом мире, в мире снов и желаний, живут и множатся возможности. Там, глубоко в Бессознательном, словно сказочные цветы вырастают наши потаенные таланты. Они тянутся к солнышку, чуть приоткрывают бутоны и, как бы вдруг, проснувшись, мы обнаруживаем в себе силы сделать нечто важное.


Это маски, которые люди носят в твоём мире. Маски подруг-одноклассниц, строгого учителя, и образцовых родителей. А еще тут есть твоя маска.


Больно, когда с любимого человека спадает маска, и он предстает в своем истинном, малосимпатичном обличье… И все же зачастую с первой минуты знакомства женщина не видит очевидного и сама надевает на возлюбленного маску, считая ее истинным лицом.


Люди обожают кутать свои довольно-таки мелкие мыслишки в шелка и бархат. Их бесит, когда кто-то не только сам ходит голым, но и с них сдирает тряпки.


Älä itke, ruma lapsi, huomenna ostetaan naamari. Не плачь, страшный ребёнок, завтра мы купим тебе маску.


Мы все носим маски, Анджели. Как только мы вырастаем из пеленок, мы учимся скрывать свои истинные чувства, маскировать страх и ненависть.


Помнишь, как в детском саду учили, что надо быть собой? Фигня это. Не будь собой. Это ведёт в никуда.


Портрет хорош, — оригинал-то скверен!


Вся трагедия несчастных людей — не в наличии масок, а в глупой бесполезности их использования.


Маска, которую люди носят в обществе, всегда интереснее, чем лицо, скрывающееся за ней.


Но маска не искажает моей сути. Интуиция работает быс­тро и четко, я все замечаю, маска — лишь фильтр, не пропуска­ющий ничего личного, не относящегося к делу. Буря — под контролем.


Любовь срывает маски, и поэтому нужно стараться надеть маску для любимого человека. Ведь если не будет маски, не будет и счастья срывать ее.


Знаешь, каждый человек, в любом возрасте, сохраняет свое первое лицо, с которым входил в мир. Только это лицо бывает трудно разглядеть. Ну как тебе объяснить? Вот встречаются два однокашника, которые не видели друг друга тридцать или даже пятьдесят лет. Случайно. Смотрят друг на друга — и узнают, и называют прежними смешными прозвищами. Их старые лица на мгновение становятся такими, какими были много лет назад. Детское лицо — оно и есть самое настоящее. Оно никуда не девается, просто с годами прячется под морщинами, складками, бородами…


… а вообще бывает кто-нибудь или что-нибудь нормальным? У людей за лицами иногда сплошная жуть…


Маски примеряют те несчастные, кто страшится быть собой.


— Да она вообще полоумная, я давно заметил. — Всего лишь уловка, камуфляж для бедняков, – объяснил ему я. – Они прячутся за маской идиотизма. Стоит присмотреться, и окажется, что старушка не глупее нас с вами.


Один мой человек сказал: «Шеф должен всегда улыбаться». Отец говорил: «Скрывай лицо под маской, а сердце под бронёй». Я считаю, что они правы, и живу по этим принципам. Потому что когда гуляешь по полю боя и продаёшь оружие — сердце гниет.


А меня ждут безмолвный дом, горячий душ, сигарета на пустой кухне, где из звуков только дыхание и шум закипающего чайника. Порой кажется, что он — единственное существо, которое чувствует меня таким, какой я есть, тогда как каждый видит таким, каким кажусь.


Венецианская маска… притягивает и отталкивает своей неподвижностью, фатальной окаменелостью черт. Как бы человек, но не человек, — символ человека. Пугающая таинственность неестественной улыбки, застылое удивление. Иллюзия чувств. Иллюзия праздника. Иллюзия счастья.


Но если был без маски подлецом, Носи ее. А вы? У вас все ясно. Зачем скрываться под чужим лицом, Когда свое, воистину, прекрасно?


Какие чувства кипят под этой маской вежливого равнодушия? Может быть, он знает что-то, но не говорит? Трудно найти что-либо более неестественное для человека, чем маска вышколенного слуги.


Пусть смотрят мне в лицо, все маски — ложь!


Быть незаметным на виду — искусство камуфляжа в этом и заключается.


Когда человек заболевает, ты понимаешь, какой он сложный. В какой-то момент все сбрасывают маски, всё открывается.


За музами гоняюсь по пятам, Но ни одну не попрошу открыться: Что, если маски сброшены, а там Все те же полумаски-полулица?


Самое главное является понимание того, какой ты человек на самом деле. Средства массовой информации могут сделать из тебя картинку, но за картинкой должна обязательно быть личность. Из-за своей красоты многие думают, что я глупа. Но на самом деле это всего лишь маска, которой я прикрываюсь, когда ситуация требует этого.


Чем лучше думают о тебе люди, тем больше ты должна соответствовать образу, который они придумали.


— Почему ты в маске? — Чтобы тебя не напугать. — Конечно, лыжная маска так успокаивает.


Моё лицо — вот моя самая надежная маска.


Никогда не думал, что придется сыграть эту роль. А вот пришлось. Я прекрасно усвоил урок, и теперь все меня ненавидят. Но порой кажется, будто я теряю себя… будто мое настоящее «я» ускользает, все лучшее, честное и истинное уносится в пустоту. Если слишком долго притворяться, то маска может и прирасти! Если всем все равно, как знать, существуешь ли ты?


Человек в наименьшей степени является самим собой, когда говорит от собственного лица. Дайте ему маску, и он скажет вам правду.


Не сторонница вражды и сплетен, Кому не нравлюсь — проходите мимо. Разозлить подход, тем паче, тщетен — «Кто вы такой? Не узнаю вас в гриме».*


Кто мог бы сказать с уверенностью, что лица у людей всегда одни и те же? Может, они просто примеряют маску за маской со скоростью, недоступной глазу, создавая тем иллюзию неизменности черт лица, — так подергивается лента в старом немом кино, а?


Я ценю искренние и естественные отношения. Зачастую люди носят маски, за которыми удобно прятаться, и вот, когда они бывают самими собой, — это самое ценное.


Ирония — маска для беззащитных.


Мошенник смеется не так, как честный человек; лицемер плачет не теми слезами, какими плачет человек искренний. Всякая фальшь — это маска, и, как бы хорошо не была она сделана эта маска, всегда можно отличить её от истинного лица, если внимательно присмотреться.


Если облачение тела в одежды знаменует прогресс цивилизации, то вряд ли можно быть гарантированным от того, что в будущем маска не станет самой обыденной вещью.


Если долго играть в переодевание, теряешься в своей маскировке. Это как отключиться в хэллоуинском костюме и не узнать себя утром. Конечно, в прятках за маской есть некое удобство, облегчение оттого, что не нужно постоянно быть собой. Но в итоге ты забываешь, кто ты на самом деле.


Уже в пять лет она научилась изображать поддельный энтузиазм по отношению к делам, которые ее абсолютно не интересуют, тогда как в действительности ей хочется, чтобы ее похвалили и отпустили на все четыре стороны.


Зачем вам маски, если имеете мудрость?


Еще один обман, еще одна личина… А знал бы ты, Мило, как интересно срывать с людей маски, слой за слоем!


В грозы, в бури, в житейскую стынь, При тяжелых утратах и когда тебе грустно, Казаться улыбчивым и простым — Самое высшее в мире искусство…


Ты потерял Юфемию, скрываешь себя от Судзаку и Нанали. Зачем лгать? Ведь ты сам знаешь, что ищешь понимания, но желая того, не раскрываешь себя. Носишь маску, боишься, что узнают тебя настоящего? Необходимости во лжи нет, ибо я — это ты, а ты — это я. Именно, ибо мир един в одном лице, за всю свою историю человечество было и будет едино.


Я на земле был брошен в яркий бал, И в диком танце масок и обличий Забыл любовь и дружбу потерял.


Нужно скрывать злобу, учиться улыбаться перед зеркалом. Будто надевать маску.


Порой, чтобы узреть истину, не нужно быть гением или провидцем. Достаточно просто подойти к зеркалу и снять с себя карнавальную маску.


Не увлекайтесь маскарадами — можно потерять лицо.


Каждый носит маску, и вы должны внимательно всматриваться, чтобы найти правду, которую скрывает ложь. Скрытое беспокойство по поводу приближающейся старости, скрытый страх перед финансовым крахом. Другие скрывают любовь, которая затянулась, но есть те, которые позволяют маске исчезнуть. Если вы посмотрите им в глаза, вы увидите, кем они в действительности являются и на что способны.


Ты так долго носишь маску, что забываешь, кто ты был под ней.


Все застенчивые и трудолюбивые коллеги враз скинули маски и стали тем, кем они хотели бы быть. Ублюдками, извращенцами, ловеласами. Недоступными красавицами, роковыми женщинами и развратными шлюхами.


Все в масках, париках — все, как один. Кто сказочен, а кто — литературен. Сосед мой справа — грустный арлекин, Другой палач, а каждый третий — дурень.


Маскарады. Они, как ничто иное, помогают людям избавиться от масок.


Она не похожа ни на кого из моих знакомых, потому что не носит вечно улыбающуюся маску, которую надевают другие, когда знают, что на них смотрят.


Сквозь смешные маски изучаю я народ: Вокруг одни придворные и знать. Звёзды маскарадов заслоняют небосвод, Польстить им, словно нищим грош подать.


— Спасибо. Ты тоже крутая. — Нет, я лишь стерва с деньгами и властью… Но у меня отменная маска.


Я знаю, что на самом деле никто не совершенен, что под каждой маской совершенства скрывается извивающийся клубок потаенных печалей и уверток…


Жизнь потрясающе интересна, если смотреть на нее из-за кулис. Герои и героини расслабляются, перестают притворяться и снимают маски – они курят, ругаются, изменяют друг другу и не прячут своих морщин…


На Хэллоуин родители одевали своих детей в меня.


В онлайн-играх люди часто надевают маски, некоторым нравится исполнять и роль злодеев…


Люди меняют свои образы как перчатки, чтобы стать лучше в своих же глазах.


Присмотрись поближе ко швам, соединяющим порядок и хаос. Видишь ли то же, что и я? Надрывы, дыры. Видишь проблески, скрывающей правды? Почему они так же отчаянно скрываются под маской? Или может они становятся собой только тогда, когда надевают маску? Иногда мне хочется знать, что скрываешь ты, молчаливый друг. Какую маску носишь ты? Или ты боишься так же, как и все остальные? Я? Боюсь ли я? Нет уж. Я другой.


Сам человек не знает своего подлинного лица. Каждый из нас видит себя в наилучшем свете, кичится собой, надевает маску и принимает ее за свое подлинное лицо.


Что ты чувствуешь, надевая эту маску? Ты так прячешься от мира, или хочешь, чтобы мир прятался от тебя? А может, ты чувствуешь себя неуязвимым? Больше, чем просто человек? Или, быть может, ты такой же, как я? Ты понимаешь, что жизнь подобна дурацкой шутке, поэтому решил бороться с ней? Но что случится, когда иллюзия станет реальностью — когда мы станем теми, кем притворяемся? Впрочем, разве это важно? Мы-то с тобой знаем, что не было бы подходящей маски, не пришлось бы её снимать.


У каждого из нас свои маски. У кого-то они хуже, у кого-то лучше. Но, поверь мне, иногда не стоит смотреть, что таится за этой маской.


Когда носишь маску, она рано или поздно прирастает к лицу.


Каждый гений носит маску.


Человеческая внешность по сути — маска, за которой удобно прятаться от остального мира, скрывать от людей свои терзания.


Всем нам нужна маска. Чтобы напомнить себе, что мы всего лишь люди под ней.


Всякий глубокий ум нуждается в маске, — более того, вокруг всякого глубокого ума постепенно вырастает маска, благодаря всегда фальшивому, именно, плоскому толкованию каждого его слова, каждого шага, каждого подаваемого им признака жизни.


Если ты не можешь стать невидимкой, стань тем, кого не опасаются, или, в крайнем случае, тем, в чье присутствие просто не смогут поверить. То есть не можешь слиться с деревом, стань дряхлой старухой или нечистой силой. Тот кто хочет — ищет способ, причина провала всегда рядом. Война – очень хороший тренер. Либо учишься тому, что помогает тебе выжить, либо гибнешь.


А вдруг кому-то маска палача Понравится — и он ее не снимет?


В людях мы видим только две вещи: то, что хотим увидеть, и то, что они хотят показать.


Никому не было до меня дела, пока я не надел маску.


Томас жалел отца потому, что люди редко выглядят хорошо, когда они одни. В обществе они всегда носят маски. А что под ними? Какой-нибудь жуткий монстр, от которого все убежали бы с воплями? Бывает и так, но обычно там не скрывается ничего плохого. Обычно то, что мы прячем под маской, может вызвать у людей смех или отвращение, или и то, и другое вместе.


Маски прирастали к лицам, пуская корни Глубоко и надолго


Я в тайну масок все-таки проник, — Уверен я, что мой анализ точен: Что маски равнодушия у иных — Защита от плевков и от пощечин.


Некоторые люди прячут свои истинные лица, малыш. Иногда ты понимаешь, что они носят маски, иногда — нет. Обмануть можно даже тех, у кого сильная интуиция.


Маски падают вниз, им казалось, что можно Жить за тенью кулис, и до смерти играть чью-то роль. Но, увы, Мистер Икс — рано или поздно, Маски падают с лиц, и выходит на бис только голый король!


Часто так бывает — человеку кажется, что он страдает, но на самом деле это только маска. Иногда люди так свыкаются с этой ролью, с этим имиджем, что уже и сами не могут отличить — где у них настоящая боль, а где разыгранная.


Мы так любим дешёвые драмы С их придуманными диалогами, Где актёры немножечко переиграли Со вздохами, криками, стонами. Где мы, неувлечённые ролью, В дурацких костюмах со скованной грацией От бульварного прячемся шума, В обшарпанных декорациях.


Ни один человек продолжительное время не может носить на лице маску, быть одним для себя и другим для окружающих — правда в конечном итоге откроется.


Каждый носит маску и даже себе самому кажется тем, чем хочет быть, а не тем, что он есть в действительности. Никто никого не знает, никто не знает себя.


Жизнь — маскарад. Надо ли всегда носить одну и ту же маску? Это зависит от маски — и от вас. Если маска вам не идёт, если она вам мешает, если вам кажется, что она вынуждает вас играть роль, для которой вы не созданы, попытайтесь заменить её другой. Их множество. Вот важная маска многообещающего политика; вот маска художника, к которой лучше всего подойдет яркая ковбойка с расстёгнутым воротом; а вот маска будущего медика с проницательным взглядом из-под очков. Ещё есть время выбирать. Но будьте осторожны! Маска сама станет править бал. Другие маски будут принимать вас за того, кем вы кажетесь. Отправляясь на бал жизни, выберите себе подходящую маску.


Найди свою шкуру, Македонский, найди свою маску, говори о чем-нибудь, делай что-нибудь, тебя должны чувствовать, понимаешь? Или ты исчезнешь.


Время снимать все прекрасные маски с озлобленных рож и смотреть в их глаза… Если ты, детка, хотела в сказку — тут ведьмами принцы заняты…


Что сравнится с осенью в Нью-Йорке? Не думайте, что в это время опадают только листья. Так же с людей спадают и маски.


Нельзя иметь целую кучу масок и не потерять доверие людей.


Маска, видимо, делает взаимоотношения между людьми значительно более универсальными, менее индивидуальными, чем когда лицо открыто.


Что заставляет нас постоянно притворяться? Давайте позволим себе быть теми, кто мы есть.


Все научились маски надевать, Чтоб не разбить свое лицо о камни.


Вместо того, чтобы помочь тому, кто влип, Проходим мимо, спрятав себя под грим.


Счастлив не тот, кто таким кому-либо кажется, а тот, кто таким себя чувствует.


За тенью слов скрываю ум, Как легкое уродство, От тех особо, кто угрюм Под маской благородства. Таланту вздумалось ожить, Чтоб вечно притворяться, Какой же умной надо быть, Чтоб глупою казаться.


Если кто-то снял маску, это не значит, что вы видите его настоящее лицо.


— Зачем же прятать лицо вот за этим? — А может, он не прячет лицо. — Может, это его настоящее лицо. — На самом деле он монстр, и он хочет, чтобы жертвы видели это и боялись перед своей смертью. Может, настоящая его маска — это тот, кем он притворяется каждый день.


— Клёвая у тебя сеструха. — О ней так все говорят. Превосходная и бескорыстная, само совершенство. Её то и дело хвалят. — Что? Не шибко-то вы отличаетесь. Стесняешься хвалить себя? — Что? — Классной я назвал… как бы это сказать… Ту маску, что она носит. Общительная, постоянно улыбается и со всеми добра. Идеальная девушка в глазах любого парня. Но это лишь притворство, не действительность. Оно ведь сразу видно. — У тебя поганый взгляд. Хотя, наверное, благодаря нему ты видишь людей насквозь.


Все мы по разным причинам носим маски. Некоторые маски мы надеваем, потому что это то, кем мы действительно хотим быть. Некоторые мы носим, потому что не можем принять скрываемого под ними или потому что кому-то нужно видеть нас такими. И некоторые маски мы носим для того, чтобы остаться в тени, но в ношении масок есть один недостаток: они в любой момент могут быть сорваны.


Для нас условен стал герой, Мы любим тех, что в черных масках…


Все маски рано или поздно падают. Когда кто-то ходит на кончиках пальцев, чтобы казаться как можно более высоким, он в конце концов устанет от этого занятия.


Если человек перестает понимать, когда он — настоящий, а когда — играет, — это верный признак того, что маска слилась с лицом столь крепко, что ее уже не отодрать.


Беспокоиться надо не о тяжёлых или упрямых людях, а, напротив, о тех, кто всегда весело смеётся. На первый взгляд может показаться, что с ними легко общаться, но это самые сложные люди, потому что их настоящее лицо отличается от того, которое они демонстрируют людям.


Внешняя непроницаемость, которой он час от часу прикрывался, как щитом, — лишь маска, за которой спрятаны настоящие чувства.


Вещи, которых мы больше всего стыдимся, не всегда худшее: не только коварство прячется под маской — в хитрости бывает так много доброты.


Смешить вас мне с годами все трудней, Ведь я не шут у трона короля. Я Гамлета в безумии страстей, Который год играю для себя. Все кажется — вот маску я сниму И этот мир изменится со мной, Но слез моих не видно никому, Ну что ж, Арлекин я, видно, неплохой!


Скрывать чувства, владеть лицом, делать то же, что другие — всё это стало инстинктом.


Но разглядывая лица, он вдруг понял, какие все здесь чужие друг другу. Под дешевыми улыбчивыми масками скрывались гнусные мысли, а за безмятежным щебетом — холодная немота сердец.


Тоска внутри, Радость на фасаде.


Эта маска — не для тебя, а для того, чтобы защитить твоих близких.


Тело — лишь одежда, а лицо — маска.


Мрак. Темнота. Нет, он не счастлив. Он сказал это самому себе. Он признал это. Он носил свое счастье, как маску, но девушка отняла ее и убежала через лужайку, и уже нельзя постучаться к ней в дверь и спросить, чтобы она вернула ему маску.


По жизни мы не раз будем менять маски и притворяться теми, кем не являемся. Но помните: смена облика не изменит вашу сущность.


Возможно, все мы сшиты из лоскутов, и притом не вполне правильно.


Наши лица под масками, наши души по клеткам.


— Нас только что пытался убить сумасшедший в маске! — Скажи, круто, а? Не, конечно страшно, но, согласись, круто!


Может, лжешь себе? Лжешь, что ты хороший, который притворился плохим. Может, ты плохой? И лишь притворился хорошим?


Оцените статью
Афоризмов Нет